АЛЬПИНИЗМ СОРЕВНОВАНИЯ СКАЛОЛАЗАНИЕ ТРЕНИРОВКИ

Целью данной серии статей не является кого-нибудь чему-нибудь научить. Цель – предоставить информацию для размышления. Кто-то примет то, что написано, кто-то задумается, кто-то опровергнет - какой бы результат от чтения не был, он будет Ваш. Убедительная просьба, не спешите «проглатывать» то, о чём здесь говорится, - это не остросюжетный детектив. Пожалуйста, попробуйте задуматься. Попробуйте вспомнить, а не встречались ли у вас подобные ситуации в горах, и если да, как вы их разрешали. А может быть надо было поступить по другому? Ведь только то, что сознательно анализируется, а потом откладывается на уровне подсознания, может в дальнейшем помочь нам, особенно при попадании в условия экстремальной ситуации. Когда выбор идёт между жизнью и смертью... Главное, что хотелось бы, чтобы этот небольшой экскурс в психологию помог Вам и дальше как можно более безопасно и надёжно заниматься альпинизмом.

Можно ли говорить о полной безопасности человеческой деятельности в горах? Разумеется, нет. Нахождение в горах само по себе потенциально опасно. И даже более того, именно эта опасность и риск во многом и влечёт нас в горы. Давайте попробуем посмотреть на процесс восхождения, как на сложную систему, с точки зрения оценки её безопасности. Если сильно не углубляться в теорию, можно сказать, что в процессе восхождения взаимодействуют три составляющих: ЧЕЛОВЕК – восходитель, ГРУППА – партнёры по восхождению, ГОРЫ – окружающая людей обстановка. ГОРЫ – это среда со своими объективными опасностями (горный рельеф, климат и т.д.), и эти опасности довольно хорошо изучены и известны. По крайней мере их можно изучить и научиться с большой долей вероятности надёжно преодолевать. ГРУППА – ей принадлежит особая роль в поддержании безопасности, При этом очень важен психологический климат в группе. Но опять же группа состоит из отдельных личностей – «человеков».

ЧЕЛОВЕК. К сожалению, именно человек продолжает являться самым ненадёжным звеном в процессе восхождения. Анализ несчастных случаев беспристрастно показывает, что от 75 до 95 (!) процентов несчастных случаев происходят по вине самого пострадавшего. То есть главная опасность в горах – не высота, холод, лавины, камнепады, крутые скалы и лёд, главная опасность в горах – сами восходители! Как это не парадоксально и не печально, - это мы сс вами.

 

Почему? РАЗВЕ АЛЬПИНИСТЫ СТРЕМЯТСЯ В ГОРЫ, ЧТОБЫ ПОГИБНУТЬ? Вряд ли найдётся кто-нибудь, кто ответит на этот вопрос утвердительно. Несмотря на стремление к риску, несмотря на нередко встречаемые показные элементы «безшабашности», ещё не встречались случаи направленно самоубийственного поведения в горах (ну может за исключением единичных случаев). Но скажите тогда, чем можно объяснить подобные несчастные случаи.

Дигория. Маршрут 2Б кат. Группа достигает вершины. Руководитель предлагает развязаться («маршрут простой!»). На спуске участница улетает с гребня, чудом оставшись в живых.

Малый Домбай, 2Б.кат. Ситуация аналогичная. Инструктор (!) предлагает группе развязаться, объясняя это тем, что «если кто-то сорвётся, он сдёрнет другого». Результат тот же, но чуда не произошло – участник погиб.

Белалакая, 3А кат. Группа разрядников (Ростов) идёт, не связываясь, «потому, что просто!». Один из участников отклоняется с гребня, срывается со стенки и погибает.

При спуске с пика Гермогенова срывается с гребня и гибнет участник. Из объяснительной записки напарника: «В целях безопасности и ускорения движения мы развязались».

 

При этом я привёл только несколько случаев. А сколько их было вообще, не говоря уже о предпосылках к «летальным» исходам, которые просто «по удачному стечению обстоятельств» не переросли из аварийной ситуации (АС) в несчастный случай (НС)! При этом, разбирая то или иное происшествие в горах, мы не только делаем определённые выводы, но чаще всего считаем, что МЫ САМИ НА ЭТОМ МЕСТЕ НЕ ДОПУСТИЛИ БЫ ПОДОБНЫХ ОШИБОК. Но они были там наверху, а мы – здесь, внизу, в тепле и уюте. Что-то нарушило равновесие системы ЧЕЛОВЕК - ГРУППА - ГОРЫ. Что?

В горах человек испытывает сложный комплекс физических и психологических нагрузок, которые при совместном воздействии суммируются (интенсивная физическая работа, воздействие высоты, температуры, солнечной радиации, высокое и резко меняющееся эмоциональное напряжение, связанное с опасностью и т.д). А если в группе при этом ненормальная обстановка? Если Вы новичок в команде? Если Вы всегда волнуетесь за напарника, проходящего сложный участок? Если Вы ощущаете себя самым слабым в группе? А может Вас недооценивают? - подобных вопросов можно задать великое множество. И всё это ложится дополнительным грузом на психику человека.

Получается, что под «прессом» этого груза на каком-то этапе наша психика выдаёт нам неправильные решения к действию. Почему? К сожалению, всё, что связано с человеком, его психикой – во многом до сих пор является загадкой. Для её решения нужно научиться понимать внешние особенности человека и его поведение и по ним понимать внутреннее, психическое состояние – постараться субъективное сделать объективным, предсказуемым. Невозможно в одной статье изложить все особенности влияния психики на безопасность совершения восхождений (этим занимается специальная наука «Психология безопасности»). Поэтому остановлюсь только на некоторых, на мой взгляд наиболее важных аспектах.

 

МОТИВАЦИЯ. Для начала давайте попробуем разобраться, что же заставляет человека действовать тем или другим образом? Фактически – это один из важнейших вопросов в психологической науке. Ответив на него, мы могли бы в дальнейшем попробовать как-то влиять на адекватность решений, принимаемых нами (нашей психикой) в процессе восхождения.

Немного теории Smile. Как известно, движущим фактором в деятельности человека является потребность – попросту говоря, это нужда в чём-либо. Это могут быть потребности биологические (дыхание, голод, жажда, движение, потребность пережить страх, потребность в самосохранении и сохранении рода и т.д.), потребности социализированные (сексуальные, личное общение), потребности социальные (власть, уважение, самовыражение, сопричастность). У человека возникает потребность, она требует удовлетворения, появляется цель деятельности. Однако необходимо ещё и психическое стремление к достижению цели – мотивация Ну и соответственно мотивы – это то объективное (как-то отражённое в сознании), ради чего совершаются данные действия. При этом мотивов может быть много, они могут быть и однонаправленными, похожими и просто кардинально-различными. Тогда происходит борьба мотивов, которую в процессе принятия решения «выигрывает» доминирующий мотив или группа мотивов, наиболее значимых для человека. Рассмотрим некоторые основные мотивы, проявляющиеся в процессе восхождения, и соответственно приводящие к тем или иным действиям альпиниста.

 
Мотив удовлетворённости. Проявляется в стремлении получения удовольствия от результатов восхождения. Давно известно, что победа физическая (успешное восхождение) и интеллектуальная (проявленная решительность и предусмотрительность в процессе восхождения) доставляют человеку наиболее глубкое внутреннее удовлетворение. И это основной мотив, почему мы из года в год ездим в горы, получить удовольствие (у каждого, конечно, оно может заключаться в чём-то «именно своём» удовольствии).
 
Мотив выгоды. Заключается в стремлении получения какой-то выгоды за результат деятельности. Выгода может быть материальной: участие в спортивных сборах, оплата, оздоровление, - или моральной: самоутверждение, престиж, спортивная гордость (медали с соревнований, разряды, сообщения в печати...). Человек (и альпинист в том числе Smile) всегда стремится найти в обществе такое место, где он был бы уважаем. И особенно в спортивном альпинизме, этот «амбициозный» мотив толкает нас совершать всё более сложные и сложные восхождения. Главное, чтобы этот мотив не стал слишком сильным.
 
Август 1974 года. Сборная команда сильнейших альпинисток страны при восхождении на пик Ленина попадает в сложнейшие погодные условия. Ураганный ветер рвёт палатки. Группа остаётся один на один с высотой, морозом и пургой. Девушки гибнут одна за другой. По связи вниз поступают сообщения о гибели альпинисток и о том, что им там холодно. Примерно в полночь 8 августа был последний прощальный выход в эфир...
Тогда гора забрала жизнь всех восьми участниц женской сборной. Когда трагедия уже произошла, стали припоминать, что команда отличалась повышенным чувством достоинства. Так, при восхождении на пик Коммунизма они шли по глубокому снегу по «целине», демонстративно усложняя условия восхождения для себя, хотя рядом были ступени, натоптанные другими группами. Уже в процессе самого восхождения на пик Ленина заболела одна из участниц, но болезнь её скрыли. «Ведь надо было во что бы то ни стало обязательно взойти, надо было доказать ...», вот только что доказать, и разве такой ценой? Слишком сильное стремление к самоутвеждению сыграло, возможно, не последнюю роль в этом трагическом исходе.
 
Мотив удобства. Проявляется в стремлении выбрать более лёгкий способ выполнения задачи, с меньшей затратой сил и времени. Всё логично. И если это связано, например, со стремлением определения более простого и логичного пути восхождения, то всё нормально. Но очень часто именно этот мотив, особенно на фоне физической усталости и утомления, приводит к опасным и аварийным ситуациям в горах. При этом «особенно неудобными» оказываются те приёмы, которые представляются «ненужными», либо противоречат сложившимся навыкам.
 

Мы идём по закрытому леднику. Мы все знаем (по крайней мере нас так учили Smile), что нам надо в этом случае связаться. Но перед нами прошла куча людей. Мы видим натоптанную тропу со следами, и в итоге (в большинстве случаев), мы продолжаете идти, не связываясь. Нам так легче и быстрее, нам так удобней. Мы привыкли так ходить, и с нами до сих пор ничего не случалось. Почему в этот раз должно что-нибудь случиться?. А сколько было случаев при этом проваливания в трещину! Причём обычно не первого, а кого-то посередине или, что хуже всего, последнего (и ему крупно повезёт, если его крики будут услышаны коллегами по восхождению ... ). Но мотив удобства слишком сильный, и мы забываем про безопасность.

«Отказ от ненужной страховки». Мы идём по простому гребню, не связываясь. Потому что маршрут простой, а с верёвкой неудобно. Она всё время за что-то цепляется и мешает идти. А партнёр вообще не умеет нормально ходить и верёвкой всё время тянет назад. А так, без верёвки, быстрее и удобней. Но ведь тогда и без страховки! Что частенько происходит в подобных случаях, посмотрите в начале данной статьи («Ну ведь со мной то никогда такого произойти не может, ведь так?...»). Опять мотив удобства победил.

«Обозначение страховки». Слабо забитый крюк (просто вставленный в трещину), ненадёжный выступ, страховка с рук. Часто появляется искушение страховать так только потому, что мы «хорошо стоим». Практика жестока – «надёжно и удобно расположившийся на полке страхующий» запросто сдёргивается с места страховки сорвавшимся партнёром, даже идущим в это время с верхней страховкой!

Мотив нивелирования. Тесно связан с мотивом самоутверждения. Проявляется в стремлении действовать так, как принято в группе, быть не хуже других, или даже лучше. Отличается от мотива выгоды тем, что человек не ждёт за это награды. Если в группе нормальная психологическая обстановка, если превуалирующим устремлением в группе (связке) является стремление на «надёжное» хождение, то соответственно каждый в группе (связке) к этому и будет стремиться. Если же восхождение делается по принципу «лишь бы взойти, всё равно как», то постепенно так к этому начинают относиться и все участники восхождения. Что из этого может получиться, я думаю, все мы знаем.
 
Мотив ответственности (чувство долга). Для альпинистов иногда этот мотив является решающим. Он проявляется в том, что дело, успех товарищей и их безопасность превуалируют перед сугубо личными мотивами выгоды или собственной безопасности. Наиболее ярко проявляется в экстремальных ситуациях, когда вопрос идёт о жизни и смерти. Особенно, во время спасательных работ, или при попытке выживания в сложных погодных условиях. Проявляется в условиях острого конфликта с другими мотивами.(удовлетворённости, выгоды, удобства, безопасности).
 
Мотив безопасности (надёжности). Проявляется во имя избежания опасностей при восхождении, во имя самосохранения.

 

Безопасность или надёжность?. Давайте немного порассуждаем. Как это не парадоксально, постоянные призывы работать безопасно могут неправильно ориентировать. Ведь альпинизм - это занятие, которое просто по определению нельзя отнести к безопасным. Горная природа – она всегда найдёт чем угрожать человеку, дерзнувшему с ней посоревноваться. Это камнепады, лавины, ледовые обвалы, карнизы, ледниковые трещины, селевые потоки, горные реки, ветер, гроза, туман и многое, многое другое. А раз так, то надо решить вопрос о чём, собственно, вести речь: о безопасности (которой нет и не может быть по определению !), или о надёжности человека в горах. Предлагается, что всё-же о надёжности. Поэтому давайте, когда мы будем говорить о стремлении к безопасности восхождений, мы будем подразумевать стремление к надёжности, как основному средству обеспечения этой самой безопасности. И наша с вами задача заключается именно в всемерном повышении устойчивости нашей мотивации к надёжности в процессе восхождения.

 

Однако, с точки зрения психологии, мы должны чётко представлять, что если мы просто будем говорить (или даже требовать!) «надёжного» хождения в горах, - это ни к чему не приведёт. У человека всегда существовало и существует внутреннее неприятие правил и ограничений. «Единственный путь заставить человека что-либо сделать – это сделать так, чтобы он сам захотел этого» (Дэйл Карнеги). Прочна только та установка, при которой требуемые поступки представляются ценными лично для человека: «Это нужно мне». То есть в первую очередь, мы сами должны захотеть ходить надёжно, а это напрямую связано с нашей психикой. Так давайте сами скажем себе «Я ХОЧУ ХОДИТЬ НАДЁЖНО». Именно сами. Личная мотивация на надёжность – вот основной путь повышения безопасности восхождений с точки зрения психологии.

Сложность проблемы в том, что этот мотив не может быть ведущим в альпинизме. Если его сделать ведущим, то это «волков бояться – в лес не ходить», и тогда на ледорубе надо сделать надпись – «осторожность – тоже мастерство» и повесить его на стенку. Ведущим всё же является мотив удовлетворённости, так как он является «для нас лично» наиболее привлекательным. Но должны постараться постоянно подкреплять в нём аспект безопасности с помощью мотива надёжности: «ДА, Я ОЧЕНЬ ХОЧУ ВЗОЙТИ НА ЭТУ ВЕРШИНУ, И Я ХОЧУ ВЗОЙТИ НА НЕЁ НАДЁЖНО». И тогда всё встанет на свои места. Ведь именно неустойчивостью мотивации к надёжности и объясняются многие несчастные случаи в горах.

Как уже говорилось, мотивы очень часто могут вступать в конфликт между собой.Так, нередко встречается конфликт мотивов выгоды и мотива надёжной работы – успех любыми средствами, ведущий к нарушению нормальной адекватной деятельности в горах. Положение может усугубляться ещё и тем, что под влиянием сильной мотивации нежелательное событие кажется менее вероятным, чем оно есть на самом деле. Как пример, последние трагические события на Ушбе. Мотивация на то, чтобы сходить на вершину была такой сильной, что возможность схода лавины стала казаться как маловерооятное событие. Результат – участники вышли на маршрут...и не вернулись с него.

Беспечность самоуверенности. Нередки случаи, когда достаточно опытный и подготовленный альпинист по необъяснимым причинам совершает цепь грубых ошибок, приводящих к аварии. Этот феномен, который психологи называют вторичной беспечностью (в отличии от первичной беспечности незнания, свойственной новичку), связан с адаптацией к опасности, возникающей после многолетней цепи успешных восхождений в виде примитивной убеждённости, что раз до сих пор ничего не случалось, то почему теперь должно случиться. Трудность мотивации к надёжному поведению в горах состоит в том, что травму получает только один альпинист из нескольких тысяч побывавших на вершине. Если и произошло чрезвычайное происшествие (ЧП) – срыв, то он только в одном случае из многих десятков оканчивается травмой. Многие альпинисты годами не знают, что такое вырванный из скалы крюк. В подавляющем большинстве случаев человек, который нарушает правила поведения в горах, остаётся живым и здоровым. У него закрепляется неверный, ошибочный прогноз. Он всё больше верит, что НС – это нечто весьма далёкое от него лично. А за адаптацией к опасности следует адаптация к нарушениям существующих принципов и правил безопасности, «выстраданных» годами всем опытом альпинистсой деятельности. И тогда уже становится «нормой», что можно, например, не сблокировать станцию, или сделать её на одном ненадёжном крюке при выпуске напарника вверх, или спускаясь последним на дюльфере, не завязать схватывающий узел, или поднимаясь по «несложному» скальному рельефу (с реальной глубиной падения) не связаться верёвкой, или идти не связываясь по закрытому леднику (а может даже и связавшись, но не в натяг, а просто «для галочки» собрав верёвку в кольца), или просто решить пересечь лавиноопасный склон и т.д. Примеров этому можно привести великое множество.

 

Восхождение по Юго-Восточной стене Кызыл Аскер в рамках проекта «Русский путь – стены мира» (2007 г.). Все трое участников команды - обладатели высшей альпинистской награды «Золотого ледоруба» за восхождение по центру Северной стены Жанну (2004 г.): Александр Р., Александр О., Михаил М. Несмотря на это (ну а может именно из-за этого), спуск непосредственно с вершины производится просто путём страхования с рук. Не говоря уже о том, что не через спусковое устройство, но и даже без фиксирования конца верёвки на станции или обвязке! (Александр О - Михаилу М..: « - Да что я, тебя на руках не удержу?»,... Александр Р.: «- В результате вдруг на него (Михаила М.) сверху падает его же страховочная верёвка – он едва не потерял равновесие. Если б потерял – кранты, падать там можно до самого низа».

И если у «мастеров» в подобных ситуациях прослеживается притупление чувства опасности, то начинающие альпинисты, кроме неумения обеспечить безопасность техническими средствами и приёмами, к сожалению отличаются и полной (или частичной) неосведомлённостью о грозящей опасности, напоминая детей, собирающих цветы на минном поле. Здесь мы сталкиваемся с так называемой первичной беспечностью незнания, в основном свойственной новичкам (либо совсем недавно начавшим заниматься альпинистам, но «уже знающими себе цену»). При этом ведь мы на все сто уверены, что всё прекрасно знаем, «и нечего мол нам мозги пудрить всякой ерундой» ...

 

Эйфория спуска (или стадия последнего рывка). Цель выполнена, мы взошли на вершину, основная работа окончена. Очень хочется вниз, в лагерь. Мотив удобства (как можно быстрее с нименьшими затратами сил и времени спуститься вниз) начинает явно превуалировать над мотивом надёжности. Тем более, как правило, путь спуска проходит по маршруту намного проще пути подъёма. И часто кажется, что спуск с вершины дело второстепенное. Главное – вершина – позади. Сложности окончились, нет нужды осторожничать, можно и расслабиться, и темп взвинтить, и внимание на страховку уже не то.... А с точки зрения психологического отношения к опасностям спуска (мотивации надёжности) – всё как раз впереди! К сожалению, представление о кажущейся простоте спуска с вершины до сих пор собирает свой печальный урожай. На подъём по любому маршруту , будь то «единичка» или «шестёрка» - приходится 4/5 технических препятствий, но на 1/5 технических сложностей спуска приходится больше половины ЧП (!). Группа успешно взошла на вершину, спуск известен, времени и сил у группы достаточно, настроение великолепное. Задача – не допустить излишней положительной эмоции во время спуска, предотвратить «спусковую эйфорию». Недаром в альпинизме принято поздравлять с восхождением только тогда, когда ты благополучно спустился вниз.

 

А/л «Безенги».Восхождение на в.Салынан (Гл.) по ЮЗ гр., 2Б к.сл. (июль 2006 г.), группа-двойка из г.Калиниград (оба I сп.р.). В 6-30 вышли на маршрут. Восхождение проходило при благоприятных погодных условиях, в среднем темпе, технических трудностей не вызывало. В 17-00 поднялись на вершину. Написав записку, стали спускаться по ЮЗ гребню 2Б к.сл.(по пути подъёма). Шли одновременно на всю верёвку. Пройдя примерно три верёвки от вершины, Б. услышал сзади характерный звук удара ботинок о камни, обернувшись, он увидел Р., который катился по наклонным плитам вниз на восточную сторону. Предупредительного крика или возгласа не было. Кольца верёвки у него были выпущены из рук, попыток задержаться он не делал. Почти сразу Б. перевалился на другую сторону гребня, после рывка закрепил верёвку. Далее спустился к Р., который признаков жизни уже не подавал...На участке гребня, где произошёл срыв Р., прошедший там первым Б, технических трудностей или опасностей не отметил...».

Для предотвращения опасной ситуации бывает достаточно простого предупреждения, усиления само- и взаимоконтроля. Просто скажите напарнику (и самому себе): «Всё хорошо, собрались, теперь главное надёжно спуститься». С точки зрения психологии, при этом ваше подсознание автоматически сразу примет «свои», заложенные в нём уже на биологическом уровне меры по самосохранению и повышению безопасности дальнейшего движения.

 

Очень часто выгода или удобство вытесняют мотивы надёжной работы, особенно, когда частная цель очень близка. Побеждает мотив, который быстрее и легче реализуется. Например, движение по снежному склону, снег в верхней части подтаял. Приблизившись к скалам, участник, несмотря на предупреждение, не забивает крюк. Либо такая же ситуация, но не одеваются кошки, ведь до скал «всего 2 метра». При попытке выйти на скалы участник срывается. Более высокий временной и энергетический градиент цели решил судьбу мотива надёжности. Победил мотив удобства, «проиграл участник». Здесь мы видим классическую ситуацию так называемых «лёгких мест» на маршруте восхождения. При выходе на такие участки (со скал на снег, со снега на скалы, полки, припорошенные скальной мелочью и пр.), мы должны помнить, что если есть опасность срыва, падения или даже проскальзывания, а самозадержание сомнительно, значит здесь нужна страховка! Нельзя забывать того, что глубина одинаково опасна – лезешь ли ты по сложнейшей стене или идёшь по «простому» гребешку. На практике гораздо труднее предугадать опасность лёгких мест, чем увидеть опасность на технически сложном участке маршрута. На сложных местах опасность, образно говоря, лежит на поверхности, а на лёгких – опасности скрыты.

У пилотов есть поговорка «хороший пилот – это старый пилот». То есть тот, который летает долго и надёжно. Ну а как насчёт «хороший альпинист – это надёжный альпинист»?! Но главное, чтобы мы этого хотели сами, чтобы это было заложено в нашей психике на уровне подсознания...

 

РИСК. Да, альпинизм – это деятельность с повышенной степенью опасности. И именно опасность влечёт в горы многих альпинистов, желание преодолеть трудности, жажда «андреналина». Мы стремимся в горы, рискуем там, чтобы потом полнее ощутить полноту и красоту жизни, самоутвердиться. Хотя, наверное, каждый может привести ещё много дополнительно именно «своих» причин. Но давайте всё-таки немного поговорим о риске.

 
Алексей Никифоров (Санкт-Петербург), участник 4-х гималайских экспедиций: "Ведь это дьявольское ощущение – ощутить риск на грани. Смертельный риск. В какой-то момент жизни я понял, что мне это нужно для ощущения полноты бытия. То есть я теряю чувство красоты жизни, и мне надо его восстановить. Под смертельным риском. Конечно, ты не думаешь об этом каждую минуту. Просто идёшь и знаешь, что мосты за тобой сожжены. Что ты перешёл Лету. Я понимаю, что теперь я в царстве теней, в царстве мёртвых. И когда я ухожу выше восьми тысяч, такое чувство возникает всегда. И потом я оттуда возвращаюсь. Я возвращаюсь оттуда человеком, который там побывал и который знает цену жизни». (погиб 24.05.2001, при восхождении на Эверест).

Денис Урубко (Алматы), обладатель «Золотого ледоруба Азии» за первопроход вместе с Сергеем Самойловым на Манаслу с СВ стороны (2006 г.): «Не могу сказать, что я сильно люблю риск. Скорее, я его просто ненавижу. Слишком часто сталкиваясь с ним на восхождениях, я привык избегать его во всём...Или стараться избегать. Хотя, каюсь, это далеко не всегда получается. Объективная реальность неизбежного – один из самых «дурных» видов риска, когда от тебя мало что зависит. На такой риск умный человек редко способен пойти. Но ведь идём же! Это происходит либо в силу жуткой некомпетентности, либо от не менее жуткой самоуверенности. Правда, иногда и «жестокая» необходимость толкает под удар «воли случая». Тогда приходится уповать лишь на своё везение. Или проскочишь, или ... об этом стараюсь не думать. Другое дело, когда фактор риска напрямую связан с твоими личностными качествами – выносливостью, мастерством, опытом. То есть, он зависит от тебя, и горовосходитель в состоянии его контролировать. При этом, чем выше уровень риска срыва, что ты в состоянии преодолеть, тем острее чувство радости после прохождения сложного участка».

 

Дмитрий Павленко (Бишкек), дважды обладатель «Золотого ледоруба» за восхождения по Западной стене Макалу (1997 г.) и по центру северной стены Жанну (2004 г.): «Как порой неоправданно бросаем мы себя в пучину беспросветного риска. На данный момент ситуация, сложившаяся в нашем альпинизме, весьма способствует переоценке своих способностей, ведь на общем, очень невзрачном фоне, так легко почувствовать себя сильным, едва приподнявшись над средней планкой, которая нынче крайне низка. В связи с этим огромное значение приобретает самоконтроль и самоанализ, способность стать жёстким и беспристрастным судьёй для самого себя».

 
Юрий Кошеленко (Ростов-на-Дону), обладатель «Золотого ледоруба» за восхождение вместе с Валерием Бабановым на восточную вершину Нупцзе по Ю.ребру (2003 г.): «Риск – это лучший проявитель наших подсознательных и надсознательных качеств, того, что в нас заложено. Очень часто случается, что в горах, на высоте, в ситуации лонг-стресса, когда лезешь маршрут ты делаешь то, чего никогда не сделал бы внизу. Этот риск – самый благородный вид риска, на мой взгляд. Потому что, это не риск, который получают лихие люди на большой дороге, не риск бизнесмена, который он получает в результате каких-то коммерческих махинаций или операций. Это даже не риск в других видах спорта, когда люди пытаются друг друга победить. Это тот единственный риск, когда ты находишься наедине с природой и пытаешься победить самого себя. И даже не победить, а превзойти. На мой взгляд, это самый чистый вид риска, который есть. Риск, он сразу всё ставит на свои места».
 

Рейнхольд Месснер, величайший из альпинистов современности, совершил восхождения на все 14 восьмитысячников Земли (на четыре из них по два раза), причём на Нанга-Парбат и Эверест – в полном одиночестве. Месснер смог сделать всё это и остался жив. Сам Месснер склонен видеть главную причину своего «везения» не в физической силе или техническом умении и, конечно же, не в снаряжении: «Если мне удалось подняться на все 14 восьмитысячников и остаться живым, это потому, что я всегда знал, когда нужно остановиться: я чувствовал, когда риск был слишком велик. Я терпел поражения, отступал в 11 гималайских экспедициях, и поэтому жив». Месснер никогда не играл со смертью. Своей жизнью он доказал справедливость мысли, которая уже высказывалась, о том, что не горы виноваты в тех людских трагедиях, которые в них происходят. Восхождения Месснера кажутся запредельным риском, но они основаны на его знании гор и точной оценке своих возможностей.

Итак, невозможно устранить риск вообще при восхождениях в горах. Горы потенциально опасны.Тем более, именно этот риск и влечёт нас в горы. Однако РИСК НУЖНО И МОЖНО КОНТРОЛИРОВАТЬ. Надо уметь определить степень риска, взвесить, где риск оправдан и где чрезмерен. Рисковать, но рисковать разумно. Как мы можем это сделать? Во первых, мы должны уметь адекватно сопоставить трудности и опасности маршрута с собственным уровнем готовности к нему. Всё очень просто. Например, если Вы предполагаете пройти скальный или комбинированный маршрут 5А категории сложности, значит там по определению будут присутствовать скальные участки 4-5 категории. Следовательно, мы должны задать себе очень простой вопрос: «А есть ли у меня опыт работы на скальных участках этой, ну или по крайней мере предыдущей категории сложности?». Я хочу подчеркнуть, опыт не просто как умение пролезть, тем более с верхней страховкой, а именно опыт работы. А это подразумевает грамотную установку промежуточных точек страховки, построение надёжных станций, быстрое ориентирование на маршруте для поиска мест установки закладок и крючьев. Если да, никаких проблем. Если нет – тоже ничего страшного. Просто вы ещё не готовы надёжно пройти данный маршрут. Обратите своё внимание на маршруты более низкой категории. Примите это спокойно. Уверяю вас, вы получите точно такое же удовлетворение, пройдя красиво и надёжно посильный вам маршрут, на котором вам не придётся выходить за степень риска, контролируемого вашей технической и физической подготовкой.

Хотелось бы подчеркнуть, очень важно с психологической точки зрения, чтобы вопрос самому себе звучал не просто «Смогу ли я пройти данный маршрут?», а именно «Имею ли я достаточный опыт для прохождения данного маршрута?». Почему? При ответе на вопрос «Смогу ли я пройти данный маршрут?», на нашу психику дополнительно наложится куча других факторов, подталкивающих к «наиболее приятному» для нас, как личности, ответу: «Да, конечно, смогу, ещё как смогу ...». Это наши амбиции, стремление к самоутверждению, менталитет, подсознательно присутствующий во всех нас комплекс неполноценности: «Другие (он, она) смогли, а я что, хуже?» и т.д и т.п. Но ведь мы с вами решили ходить надёжно, ведь так ... Так давайте задавать себе правильные вопросы, тем самым адекватно оценивая свои возможности и контролируя допустимую степень риска в процессе восхождения.

 

Допустимая степень риска. Как мы с вами теперь видим – кроме того, что эта допустимая степень риска является индивидуальной для каждого из нас, она ещё и может изменяться со временем. Сегодня она для нас одна. Мы можем надёжно, с допустимой степенью риска совершать восхождения скажем на маршруты 3-й категории сложности. И этим преодолевать необходимую для нашего удовлетворения степень риска. А завтра, когда мы уже «набрались» соответствующего опыта – другая, более высокая. Мы без проблем можем идти на более сложные, более рискованные маршруты. Главное, чтобы этот процесс был постепенным, психологически осознанным и шёл от нашего, именно нашего, и никакого другого, желания, - желания «ХОДИТЬ НАДЁЖНО». И здесь мы сталкиваемся с понятием абициозности человека. Амбициозность в определённых пределах – это очень хорошо. Она толкает альпиниста на преодоление всё новых и более значимых, более рискованных для него целей. Главное, постарайтесь, чтобы она не толкала вас слишком «сильно». Амбициозность обязательно должна подкрепляться соответствующим опытом, знаниями и умениями. Может быть в хождении надёжно, плюс «высокие результаты», и стоит искать удовлетворение нашей амбициозности? Безумная амбициозность, как и фанатизм, – опасный попутчик для альпиниста. Тем более, слишком сильные амбиции мешают реально оценить свои собственные возможности, и адекватно сопоставить их с трудностями и опасностями предполагаемого маршрута.

Хотелось бы также обратить внимание на одну опасную тенденцию, наблюдаемую сейчас. Что мы имеем и видим в данный момент. Во-первых, открылись границы. Альпинисты имеют возможность выехать и совершать восхождения фактически в любых районах мира, если, конечно, на это имеются необходимые финансовые средства (но как говорят, «деньги в наше време – не проблема, надо – найдутся»). Во-вторых, фактически на данный момент отсутствуют какие-либо регламентирующие документы, ограничивающие по сложности совершение тех или иных восхождений. Альпинист предоставлен самому себе, куда хочу, туда и полезу. Это всё, конечно, очень демократично, и очень хорошо. Но что видит такой альпинист, сходивший скажем пусть десяток вершин, ну и соответственно чувствующий себя «всемогущим монстром». Кроме всего прочего, он видит кучу «бесшабашных» восхождений («бесшабашных» с его точки зрения), совершённых его соклубниками и соклубницами (ночные спуски по вертикальным заглаженным стенам, лавины, засыпающие пещеры, и т.д и т.п.). Я уже не говорю о примерах мирового альпинизма. Как один из примеров.

 

Под Северной стеной Гранд-Жораса в хижине в ожидании хорошей погоды неделю сидел французский гид с клиентом. У них на глазах вечером прибежали русские и ночью пятью двойками стартовали по самым крутым маршрутам. Хозяин хижины Родригес объяснял клиенту: «По русским нельзя судить, является ли погода ходовой. У них особая философия». (А.Ручкин «Восхождение». Это было во время Чемпионата России в Шамони, когда было совершено 11 восхождений за 14 дней по самым сложным маршрутам Гран-Жораса и Пти-Дрю, практически в непогоду).

 Но ведь молодой альпинист (-ка) не понимает (или не до конца понимает), что эта якобы «бесшабашность» на самом деле обнаруживается у альпинистов с соответствующим опытом и подготовкой. Которые чётко контролируют соотношение «риск – возможности». И их риск, который, безусловно, существует, зависит от теории вероятности гораздо меньше, потому что подкреплён высокой степенью готовности к экстремальной работе: физической, технической, психологической. Молодые же альпинисты, видя перед глазами примеры внешней бесшабашности у лидеров, начинают подражать их поведению, но при этом они просто не в состоянии адекватно оценить соответствие своей подготовки реальным условиям маршрута. Что может получиться в такой ситуации, я думаю вам говорить не нужно...Поэтому, давайте всё-таки стараться исходить именно из своих возможностей, а не смотреть на других. Как очень метко подметил Дмитрий .Павленко «Проблемы, возникающие по ходу данного процесса, идентичны, что для третьеразрядника, что для МСа, разница лишь в последствиях. Практика показывает, что у залезшего в «жопу» МСа, шансов на благополучный исход гораздо больше, несмотря на разницу в размерах этих самых «жоп»». У каждого человека своя собственная степень «экстремальности». И степень переживания, которую испытывает начинающий альпинист на маршруте 1-й категории сложности, вполне сравнима с переживанием, испытываемым мастерами на сложных маршрутах. Если не больше. И эта самая «единичка» для новичка будет самой, что ни на есть, экстремальной.

Ещё один очень важный психологический аспект. Проблема вовремя отступить. Представим ситуацию. Мы почти на подходе к вершине, осталось каких-то 4-5 верёвок, а может 100-200 метров. Мы так близки к осуществлению нашей заветной мечты. Но вдруг начинает резко портиться погода. Или мы слишком долго работали на маршруте, через час-два будет совсем темно. А мы не планировали ночёвку на маршруте. Мы немного недооценили сложность маршрута (или немного переоценили свои силы), думали, что пройдём маршрут быстро и за один день, а получилось «как всегда...». Или вообще нам маршрут оказался «не по зубам», и мы «запёрлись» чёрт знает куда...Что делать? Возвращаться вниз, или всё же попытаться зайти на вершину? Но при этом мы рискуем либо схватить холодную ночёвку на спуске, либо придётся спускаться в темноте (что тем более опасно, и вообще не рекомендуется). Каждый альпинист в процессе восхождений сталкивается (ну а если вы ещё не сталкивались, то обязательно столкнётесь Smile) с подобной ситуацией. Решение нам должен подсказать весь ваш предыдущий опыт восхождений, ну и горький опыт коллег по оружию, если мы, конечно, таковой изучали. Мы должны постараться очень «разумно» взвесив все «за» и «против», оценить риск продолжения восхождения. Не буду вдаваться в подробности как, это не тема данной статьи, да и решение всегда зависит от конкретной ситуации. Например, есть ли у нас тёплые вещи для предстоящей холодной ночёвки, ну а может светит полная луна и спуск идёт по натоптанной козьей тропе вниз, или за углом после вершины установлена палатка наших друзей, где мы можем набиться вдесятером в два этажа и скоротать ночь до утра, – различных вариантов очень много.

Главное, отмечу психологические аспекты принятия решения в данной ситуации, неучитывание которых может привести к неправильному решению, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Психологическая особенность момента состоит в том, что мотивация выгоды усиливается с приближением к цели. То есть, чем ближе мы к вершине, тем сильнее нам хочется туда взойти. При этом под влиянием сильной мотивации, то есть, чем сильнее нам хочется взойти на вершину, нежелательные события нам кажутся менее вероятными, чем они есть на самом деле. Мы уже начинаем меньше переживать по поводу предстоящей холодной ночёвки, нам начинает казаться, что мы успеем спуститься до темноты и т.д. Особенно это опасно на высоте, в условиях недостатка кислорода, когда мы частично теряем контроль над собой, начинаем реагировать на происходящее неадекватно или вообще не реагируем. Печальным примером этого могут служить десятки смертельных случаев с восходителями, взошедшими из последних сил на Эверест, и оставшимися там навсегда.... У них не хватило сил и времени спуститься вниз, они слишком хотели взойти, и на это ушли все последние силы (и оставшееся светлое время, и нормальная погода). Конечно, альпинист сам для себя выбирает степень допустимого риска в подобной ситуации. Но при принятии решения мы должны иметь в виду то психологическое давление, которое оказывается на нашу психику, и в конечном счёте может привести к принятию неадекватного решения. Попробуйте в подобной ситуации всё-таки настроить себя на то, что мне не только ОЧЕНЬ ХОЧЕТСЯ взойти на вершину, а мне ОЧЕНЬ ХОЧЕТСЯ НАДЁЖНО взойти на эту вершину. И тогда может быть всё встанет на свои места, и мы примем более правильное решение?

Восхождение на П.Победы (З-Гл.) С ребру с пер.Дикий, 5Б к.сл. (август 2007 г.). После л.3 (5800 м.) восхождение осуществлялось двумя объединившимися двойками (Улан-Уде и Томска) ...К вечеру 22.08 поднялись в л.5 (6900 м.).и заночевали в пещере. 23.08 группа не вышла на восхождение по причине сильного ветра. На предложение – спускаться утром – ответили, что хотят повторить попытку на следующий день при условии хорошей погоды. Им посоветовали взять с собой на штурм палатку и горелку на случай непредвиденной обстановки. На следующий день 24.08 на утреннюю связь двойки не вышли. В 14-00 передали, что работают на снежном гребне у скального зуба. В 22-00 сообщили, что были на вершине примерно в 19-00 и в данный момент спускаются к «Обелиску», где оставили палатку и горелку. 25.08 утром группа на связь не вышла и информации не было до 19-00, когда сообщили, что после проведённой «холодной» ночёвки С.Б. в 10-00 умер на высоте 7200 м. (вследствии переохлаждения организма). А ведь с группой было заранее оговорено, что группа может подниматься в напрвлении вершины максимум до 15-00, после чего начнёт спуск, где бы не находилась...».

 

Многие альпинисты знают, сколько силы воли и мужества нужно для отступления, где есть хоть что-то, что оправдывало бы движение вверх. Но ведь ВОВРЕМЯ И ГРАМОТНО ОТСТУПИТЬ – НЕ ЗНАЧИТ ПРОИГРАТЬ. Или холодные ночёвки и полночный клаймбинг «со всеми вытекающими...» нам нравятся больше? Думается, что Рейнхольд Месснер в совершенстве владел этим высшим альпинистским искусством – искусством отступать. Месснер не один раз отступал из-под Макалу, Дхаулагири, Лхоцзе, Чо-Ойю, Нангапарбата. Одиннадцать отступлений – это тоже рекорд, о которых редко пишут, которые редко стараются перекрыть. Может быть именно этого особого мужества не хватило Мэллори и Ирвину в 1924 году? Кто знает...

Вовремя отступить, - это далеко не постыдный поступок. Не надо бояться, что кто-то потом скажет «А, испугался, не пошёл...». Если кто так скажет, - это скажет не умный человек. Ну а мы, давайте поступать мудро, ... и всё-таки, если необходимо, вовремя отступать.

Очень хорошо сказано в Тирольской декларации по поводу нашей собственной ответственности, как альпинистов, при оценке риска восхождений (параграф 1. «Собственная ответственность»):

 
1.Наши цели мы выбираем в соответствии со своим собственным опытом и физической формой, а также в соответствии с текущими условиями на маршруте. В несоответствующих выше обозначенному ситуациях мы готовы отказаться от восхождения.
2.Мы должны отдавать себе отчёт в том, соответствует ли наш уровень техникки и физической подготовки выбранному маршруту. Мы обязаны ответственно подходить к разработке плана и тактическим аспектам предстоящего восхождения.
3.На каждом мероприятии мы должны быть соответственно маршруту экипированы, и каждый член команды должен владеть техникой обращения с этим снаряжением.

Продолжение следует...

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

. TRAVERSS предупреждает, что занятия альпинизмом, скалолазанием, горным туризмом и другими видами экстремальной деятельности, являются потенциально опасными для Вашего здоровья и Вашей жизни.Мы не рекомендуем заниматься каким-либо видом экстремального спорта без опытного и квалифицированного инструктора и без определённого уровня психологической, технической и физической подготовки. Любое использование материалов сайта допускается только с разрешения клуба альпинистов 'Traverss'. -